27 августа в России отмечается День российского кино – день профессиональных кинематографистов.
Киношный верблюд. Андреевка, 1956 год.
Это специальность самая мирная, дающая и несущая культуру, патриотизм и знания другим людям через показ киноленты. Для многих людей поход в кино в советское время был настоящим праздником. Профессия «сельский киномеханик» ушла в историю. Но как приятно вспомнить ту эпоху, когда все односельчане собирались вместе, чтобы пережить с киногероями тот или иной сюжет. Накануне празднования юбилея нашего района интересными воспоминаниями с читателями «Знамени труда» делится наш активный селькор, уроженка Кретовки, а ныне жительница Курманаевки Валентина Петровна Степанова.
Летний день только начался, но уже было жарко. С утра заведующая клубом Маруся Калинкина вывесила афишу, что сегодня, 28 июля, кинофильм «Джульбарс». Начало сеансов: детского в 7 часов вечера, взрослого – в 9. Цена билетов: детского – 5 копеек, взрослого – 20 копеек.
Вообще-то Марусю величали Мария Ивановна Полегаева, а по-уличному их семью называли Калинкины. У её прапрадеда имя было Калиник, и он был единственным казаком в Кретовке.
К обеду ребятня разнесла по всему селу, что сегодня в клубе кино. У нас всего одна улица и хуторок. Протянулась она с севера на юг длиной около километра. Мы жили на южном краю, и наш конец назывался «Кавказ», но сельчане зовут его Капкас. Родительский дом был пятым от края. Клуб находился на Свистуне – северный конец села, чуть подальше Серёдки.
Мне 8 лет, моему брату Вовке – 9. Полдня мы были послушными и не дрались. Мама не могла нарадоваться.
Солнце клонилось к западу. Я пригнала гусей из ярка, Вовка сходил за телёнком, привёл его на верёвке. Мама каждое утро привязывала его на длинной верёвке к колышку на лужайке, за Рудаковыми – там трава зеленее, а в обед мы с Вовкой ходили его поить пропускным молоком. Мы то и дело забегали в избу посмотреть время на наших ходиках, не пора ли собираться в кино.
На улице раздался крик. Ванюха Рудаков орал во всё горло: «Киношник едет! Киношник едет!». Мы с Вовкой выбежали на улицу. В село, гордо подняв голову, важно и степенно заходил верблюд, запряжённый в телегу, в которой с вожжами в руках сидел киномеханик Петька Бухмар (Пётр Михайлович Бухмаров), рядом его жена и помощница тётя Клава (Клавдия Петровна). В середине телеги – киноустановка и банки с кинолентами, чуть дальше – движок. Я тоже что-то заорала от восторга и посмотрела на брата. Вовка охнул, побледнел и кинулся во двор, я за ним. Он забежал под лапас и спрятался за бочкой в углу. Мы знали, что Вовка до смерти боится верблюда, и с пониманием относились к этому. Я тоже близко к верблюду никогда не подходила, но уважала это гордое, покладистое животное.
В нашем Андреевском районе он был просто необходимым, как скорая помощь. В осеннюю и весеннюю распутицу, когда лошади вязли в грязи или проваливались в снеговую «кашу» разбитой просёлочной дороги, всегда выручал верблюд. На нём возили почту, везли доктора на вызов в другое село и привозили нам кино. Мы называли его киношный верблюд.
Когда Вовка пришёл в себя, мы пошли к маме. Брат сказал: «Мам, дай 5 копеек на кино». Я тоже пропищала: «Мам, дай 5 копеек». Мама вздохнула и сказала, что денег нет. Потом пошла в горницу, достала из фанерного шифоньера гаманок с семейными сбережениями, щёлкнула застёжкой с шариками и перевернула на стол. Из гаманка сиротливо выпала одна копейка. Вовка заглянул внутрь – пусто. У меня задрожали губы, я готова была зареветь. Папа пальцем поманил брата к себе и что-то шепнул ему на ухо, тот схватил меня за руку и зашипел: «Наряжайся, пойдём в кино». Я кинулась в горницу, схватила косынку, повязалась перед зеркалом, в сенях в углу нашла свои сандалии, обулась, схватила Вовкины сандалии и выбежала во двор. Он обулся, пошёл в курятник, взял из гнезда два яйца, и мы пошли в магазин. Мама называла его кооперацией, а продавца Ивана Филимоновича Логачёва – кооператором. Он принял у нас два куриных яйца и дал два пятака. Я зажала в ладошке пятачок, и мы побежали к клубу. Во дворе Бухмар заводил движок, который никак не хотел работать. Вокруг толпилась ребятня. Потом пришли взрослые парни, стали по очереди крутить рукоятку. Наконец, движок завёлся, в клубе и во дворе вспыхнули электрические лампочки. Тётя Клава начала продавать билеты. Мы расселись по лавкам. Белое полотно уже было натянуто на сцене. И началось волшебство – кино.
Походы на сельские киносеансы помнит и мой сын Сергей. Будучи школьником, летние каникулы он проводил у бабушки и дедушки в Кретовке. Юное поколение 80-х тоже помнит Петра Михайловича и Клавдию Петровну Бухмаровых. Жители села шли в клуб на киносеанс, как на праздник. Наглаженные брюки, светлые рубашки, кто и в костюмах, девушки и женщины в выходных платьях, и все с радостным настроением. Здесь и общались, некоторые назначали встречу, а кто-то и знакомился в клубе в этот день.
Таким образом, благодаря киномеханику Петру Михайловичу и его неизменной помощнице Клавдии Петровне культура в сельской местности была всегда на высоте.
Фото предоставлено Валентиной Степановой.
